Ольга Кабанова. Счастье жить в искусстве. Ведомости, 24 May 2013

 

 Владелица галереи и куратор выставки Наталия Курникова с жаром говорит, что давно хотела «реабилитировать Бенуа как художника». Что его чтут в качестве историка русской живописи, блистательного мемуариста, основателя журнала и стиля «Мир искусства», вспоминают многочисленные театральные работы, но выставок не устраивают, и о его художническом даровании публика часто судит по случайным работам, появляющимся на рынке.

Курникова преувеличивает — и на музейных выставках часто появляются гуаши и акварели Бенуа, и, конечно, без них не проходит ни одна выставка, посвященная «Миру искусства». Но вот такого большого показа — сотня работ — действительно давно не было.

Выставку собрали из нескольких частных коллекций — немного театральных эскизов (особенно красив синий, 1914 года, к «Соловью» в Парижской опере), представительный раздел книжной графики (гордость Курниковой — буквы А, Ъ и У из иллюстрированной Бенуа «Азбуки») с обязательными изящнейшими заставками и виньетками, особенно удававшимися художнику, и много пейзажей: деревни Кочино Новгородской губернии, села Мартышкино, немецких, испанских, итальянских и реального и нафантазированного Версаля.

Ранние, рубежа веков, гуаши из серии «Последние прогулки Людовика XIV», прозрачная, нежнейшая акварель «Версаль весной», этюды фонтанов и партеров парка, созданного искуснейшими садовниками Людовика XIV, написаны с любовью, легко. Загородная резиденция французских королей была для Бенуа идеальным местом, где природа становилась частью культуры, пейзаж служил декорацией к разыгранному обитателями дворца спектаклю придворной жизни, не подразумевающей иных несчастий, кроме любовных. Очень нравилась, судя по графике, Бенуа и темная, густая версальская зелень. Петербург и его дворцовые пригороды — версальская реинкарнация.

Бенуа почти не писал маслом, предпочитал камерные форматы, любил прошлое больше будущего — в художественных новаторствах ХХ века видел угрозу европейской цивилизации, в искусстве чувствовал себя лучше, чем в реальности. Вечером 25 октября 1917 года, напоминает Джон Боулт в статье каталога выставки, пошел с дочерью в Мариинский театр смотреть Карсавину в «Щелкунчике». Отношение к искусству как к самой естественной форме жизни представлено в каждой из ста работ Бенуа. В этом отношении, в естественном дыхании, кажется, и есть причина обаяния вещей Бенуа.

Но главный сюрприз выставки в «Наших художниках» все же касается Бенуа-мемуариста. Здесь впервые представлены считавшиеся утерянными его дневники за 1925-1950 гг., такие маленькие тетрадочки и блокнотики с записями и зарисовками. Курникова нашла их в одном европейском семействе, выкупила и намерена опубликовать, для чего потребуется большая работа.