Андрей Васянин. Без правил. Российская газета, 14 October 2014

 

 Ему казалось мало одного сюжета на одной картине, и Лентулов широким сплошным мазком просто отделяет изображение беседующих женщин, занимающее полхолста 100х170, - и на второй половине пишет движущиеся мускулистые мужские тела на фоне моря, пишет так, как они влезают на полотно: у кого-то обрезано пол-лица, у кого-то голова не уместилась на отведенной площади... На портрете "Женщина на фоне березы" недостаточными показались уже собственно краски как изобразительный материал - и тонкий березовый ствол на полотне изображает настоящая береста, на воротнике и манжетах изображенной женщины самые настоящие, нитяные, приклеенные художником, кружева и даже зубы во рту женщины из самого настоящего золота!
- Он был одержим идеей передать энергию, экспрессию того, что видел, свой экстаз от этого - говорит куратор выставки "Аристарх Лентулов. Плоть вещей", арт-директор галереи "Наши художники", в которой эта выставка расположилась, Наталия Курникова. - И когда случалось впечатление, то, чтобы выразить всю гамму чувств, порой и всей палитры и всей шири холста оказывалось мало".
Об этом свойстве искусства одного из крупнейших русских художников ХХ века, столпа движения "Бубновый валет", зритель стал уже подзабывать, ведь последняя персональная выставка Лентулова прошла в Центральном выставочном зале 27 лет назад. В отличие от нее, полномасштабной, с сотнями картин, экспозиция в "Наших художниках" невелика, как невелика и сама галерея. Но кураторы ставили тут цель показать Лентулова в лучший, самый бурный период его развития, в 10-е годы прошлого века, когда он, жадно познавая одни художественные реальности, экспериментировал, осваивая их, и двигался дальше. И это организаторам экспозиции вполне удалось.

Выставку открывает небольшое, но скандальное "Распятие", в 1910-м удаленное с выставки цензурой: властям не понравилось, что сын священника Лентулов попытался представить своими художественными средствами, как выглядит тело распятого человека, и этот экспрессионистический реализм (кожа на ребрах Христа отсвечивает всеми цветами радуги) показался, видимо, слишком реалистичным. От экспрессионизма он двинулся, усиливая насыщенность цвета, дальше, и на портрете "Марии Петровны Лентуловой в синем платье" супруга художника уже погружена в себя, краски вокруг четко разложены по цветам, но в глазах - живое переживание, абсолютно реальное.

Лентулов был жизнелюбом и потому не в силах был строго держаться художественных теорий, в кои он формально не вписал ни строчки, но воплотил и освоил их с редкой изобразительной силой. Вот, например, натюрморт с розами, где не терпящая компромиссов резкая многоцветность на фоне пышных бутонов тоже уникально ярка. В этом же зале - обожаемый автором Крым, Гурзуф и Алупка во всем разноцветии крыш, в том числе небольшая работа "Церковь в Алупке" (бесплотная, плоская, как полагается в теории, но по-лентуловски живая, реальная, как на цифровом фото). Напротив - "Мир, торжество, освобождение" (работа из частной коллекции, как и большинство представленных на выставке), написанная на волне февральских событий 17-го года: здесь правила и законы классической композиции "задуты" порывами революционного вдохновения - вокруг центральной фигуры расходящийся кругами хаос, в котором перемешаны двуглавый орел, сверху несется комета, из живота растет яйцо - символ нового мира...
Завершается выставка работами 20-х - тут Лентулов уже умерил буйство красок, линии стали мягче, фигуры - понятнее и человечнее, как, например, на большом полотне "В мастерской художника", где натурщицы уже так натуральны, что сидящая рядом все та же жена художника демонстративно от них отворачивается. Впрочем, творческие порывы не миновали Лентулова и в те годы: едва закончив на натуре "Пейзаж с деревьями и красной башней", он вдохновился увиденным по соседству следующим сюжетом и, не озадачиваясь поисками другого холста, просто развернул уже написанный пейзаж и на обороте "деревьев и красной башни" тут же создал "Пейзаж с сухими деревьями" - свой новый шедевр.